Протесты 29 декабря в Тегеране на фоне обвала курса риала
Москва. 9 января. — Накануне Нового года в Иране начались волнения, которые продолжаются уже 12 дней. Протесты охватили все провинции, на их фоне в стране пропал интернет. О положении дел в Исламской Республике наш политический обозреватель Вячеслав Терехов беседует с ведущим научным сотрудником Центра анализа стратегий и технологий Юрием Ляминым.
Улицы полны протестующих: что они требуют?
Корр.: За последние несколько дней в Иране наблюдается взрывной рост протестной активности. В чем причины волнений?
Лямин: Первая и главная причина лежит в сфере экономики. Все началось до Нового года с недовольствия падения курса риала. Первая вспышка волнений именно торговцев произошла 28 декабря. Но она была непродолжительной, и в начале января демонстрации практически прекратились. Вновь они вспыхнули после нового падения курса 5 января. С этого дня улицы иранских городов заполнились демонстрантами. Но подчеркну, что эти протесты проходили вполне мирно, и главное – в рамках системы.
Корр.: Аятолла Хаменеи даже поддержал их, заявив, что они имеют право продемонстрировать правительству недовольство своим положением.
Лямин: Это еще как раз показывало, что корни протестных выступлений лежат в экономике, в требованиях стабилизировать курс национальной валюты. Но этими протестами, уже вторыми, т.е. после шестого января, воспользовались недовольные политической системой в стране. Появились группы монархистов, сепаратистов.
Корр.: Каких сепаратистов?
Лямин: В основном это население приграничных районов, в первую очередь курдских. Самая сложная ситуация как раз в курдских районах Ирана. Например, в крупном городе Керманшахе во время столкновений погибло двое военнослужащих Корпуса стражей исламской революции и несколько курдских боевиков.
Вообще, самая сложная ситуация сложилась в районах этнических меньшинств. Например, у племен, проживающих вблизи с Ираком, есть на руках много оружия. Это один фактор. Второй – в Ираке находится база сепаратистских курдских группировок.
На западе Ирана, ближе к границе с Ираком наблюдались даже попытки нападения на отделения полиции, были и поджоги машин. Но в курдских провинциях такие столкновения проходят при малейшей возможности, практически всегда.
Единого центра протеста в Иране нет
Корр.: Судя по различным сообщениям, почти все крупные города Ирана охвачены массовым протестным движением. Естественно, возникает вопрос, есть ли единый центр организации этих движений, или это все стихийно?
Лямин: Да, протесты, переходящие в беспорядки, в городах Ирана в последнее время наблюдаются. Они расширились после 6 января, то есть после очередного изменения курса риала.
Корр.: Политические лозунги помимо экономических есть?
Лямин: Единого центра явно не ощущается, поэтому разные группировки выступают под своими лозунгами. Наиболее широкие протестные движения – это чисто экономическое, но есть радикальные группировки, которые выступают против политической системы. Именно с ними происходят стычки с полицией.
Корр.: Полиция применяет огнестрельное оружие?
Лямин: Насколько я знаю, полиция применяет резиновые пули, т.е. те виды оружия, которые везде применяются при разгонах демонстраций. Но это не боевые патроны. Хотя были предупреждения, например, от губернатора Тегерана, что в случае нападения на полицейские отделения полиция имеет право применять боевые патроны.
Корр.: Вернемся к наличию или отсутствию центра у протестантов.
Лямин: Судя по абсолютно разрозненной системе протестов, говорить о наличии единого центра пока не приходится. Да, наблюдаются сторонники монархизма и призыва к Пехлеви-младшему взять власть. Но это, надо сказать, небольшая часть протестующих, просто они наиболее радикально настроены и громкоголосые. Есть и другие радикальные группировки, но они малочисленны. Самые активные, повторяю, это сторонники Пехлеви, которые наиболее серьезно работают в соцсетях.
Корр.: Поэтому, вероятно, в Иране блокировали интернет?
Лямин: Да, естественно, это способ пресечь коммуникации между протестующими, помешать объединению групп. Полностью, конечно, пресечь невозможно, но это, безусловно, серьезно затруднит коммуникации между протестующими группами.
Корр.: А другой системы интернета в Иране у людей нет?
Лямин: Есть спутниковая система Starlink, но ей пользуется очень небольшая часть населения и с ее помощью достичь объединения разрозненных группировок невозможно.
Корр.: Какова позиция президента Ирана Пезешкиана?
Лямин: Он также поддерживал движение мирных протестующих с призывом стабилизировать риал и улучшить экономическое положение в стране. Как и аятолла, он говорил о том, что люди имеют право на протесты. По поводу активизации беспорядков и борьбы с ними он не высказывался, потому что это не входит в его компетенции. Он не контролирует силовые структуры, и решения по этому вопросу принимаются на Высшем совете национальной безопасности. Он только один из его членов. В него входят и военные руководители, и глава парламента, и глава КСИР, и другие. Решения утверждаются аятоллой Хаменеи. Так что решение вопроса о подавлении протестного движения от президента не зависит. Ясно наблюдается стремление властей Ирана избежать лишних жертв. Они понимают, что похороны пострадавших станут источником новых волнений.
Корр.: Призывы к общенациональной забастовке заметны?
Лямин: Пока не были, но что сейчас, после отключения интернета, — сказать невозможно. Вероятно, в ближайшие дня два, несмотря на отключение интернета, положение в Иране станет яснее. Но уже сейчас можно сказать, что обстановка там накаляется.